energa (energa) wrote,
energa
energa

Categories:

Жупел Сталина

Александр САБОВ

Возможно, эту публикацию следовало бы назвать чуть по-другому - «Жупел Сталин». Поясню разницу, которая мне открылась не сразу. Жупел Сталина - это что-то вроде огородного чучела, которое сделали довольно похожим на него (по-русски жупел - это и есть пугало, а в этимологии слова - адская сера, которой стращали грешников). А жупел Сталин - это то, что он сделал из себя сам. Первый жупел давно и свободно распространяется по миру целыми армиями идеологов, политологов, пропагандистов, публицистов да и немалым числом историков, знающих лишь то, что им доступно знать. А второй жупел наглухо сокрыт в архивах, куда в полной мере не смог получить доступа еще ни один историк ни советского, ни постсоветского времени. Впрочем, наш долгий разговор с историком Юрием Николаевичем ЖУКОВЫМ - про оба сталинских жупела, из которых нам поневоле приходится довольствоваться только одним.

------------------------------------------

«Новые историки»

«Новые историки» видят все исторические жупелы немного по-другому, чем «старые». Когда двенадцать стран ЕС однажды договорились создать единую историю Европы, чтобы навсегда избавить своих будущих граждан от предвзятых суждений друг о друге, это вылилось в академическую «битву народов». Немцы потребовали от своих соседей изъять из школьных учебников «варваров в звериных шкурах, от рук которых пал цветущий Рим», - нет, сказали они, наши предки готы разрушили дряхлую империю, которая давно сковывала развитие покоренных народов, уже поэтому они принесли Старому Свету новую культуру, влили в него свежую кровь...

И так почти в каждой стране, где «новые историки» берутся за разборку ржавых снарядов, не дожидаясь, пока рванет склад. А к этому идет. Все т. н. исторические исследования периода «холодной войны», заявляет, например, американский историк Д. А. Гетти, это «продукты пропаганды», которые бессмысленно критиковать, бессмысленно исправлять по частностям. Лучше все начать с чистого листа. Арч Гетти так и делает: дотошно перепроверяет политическую историю СССР и США в российских архивах.

Знакомясь с документальными первоисточниками сталинского времени, он и сделал открытие, которое привело к настоящей публикации. Д. А. Гетти во всеуслышание объявил, что зловещему 1937 году предшествовал примерно трехлетний период либеральных сталинских реформ. Более того, что именно неудача этих реформ привела к репрессиям, которые несправедливо назвали «сталинскими».

Сталин - либерал? В голове не укладывается. При той полноте власти, которой обладал «вождь всех времен и народов», почему же он не довел свои реформы до конца и сбился на кровавое диктаторство? Что в действительности произошло с нами в 1937 году, который, видимо, никогда не перестанет аукаться? Наконец, когда же наши историки, не важно, «старые» или «новые», разберутся в том, какое завтра мы прожили вчера?

Избирательный бюллетень 1937-го

- Да, действительно Арч Гетти совершил открытие, - считает ведущий научный сотрудник Института российской истории РАН Юрий Николаевич Жуков, - но, поскольку эта тема для него лишь сопутствующая, он просто застолбил ее для науки.

И Юрий Николаевич показал документ, который сам обнаружил в архивах.

Это образец избирательного бюллетеня по выборам в Верховный Совет СССР первого созыва. В окончательном варианте, который этот бюллетень приобрел ко дню выборов 12 декабря 1937 года, в нем остался только один - безальтернативный, как мы сказали бы сегодня, - кандидат от партии и комсомола. Однако вплоть до июня 37-го года все еще предполагалось, что выборы пройдут на альтернативной основе, то есть наряду с кандидатом от партаппарата рабочие и служащие какого-либо завода могли бы выдвинуть своего кандидата, а колхозники - еще одного. Но прошел бы только один из троих, в бюллетене так и написано: оставить ОДНОГО кандидата - остальных вычеркнуть.

Ну а вдруг избиратели 37-го года дружней всего вычеркнули бы именно представителей правящей партии в однопартийной стране? Если бы миллионы таких бюллетеней извлекли из урн, какой разразился бы гром: партия осталась без власти! Но, может, это всего лишь популизм по-сталински? Однако Юрий Николаевич возразил:

- Сталин хотел другого: вообще отстранить партию от власти. Поэтому и задумал сначала новую Конституцию, а потом, на ее основе, альтернативные выборы. По сталинскому проекту, право выдвигать своих кандидатов наряду с партийными организациями предоставлялось практически всем общественным организациям страны: профсоюзам, кооперативам, молодежным организациям, культурным обществам, даже религиозным общинам. Однако последнюю схватку Сталин проиграл и проиграл так, что не только его карьера, даже жизнь его оказалась под угрозойѕ Однако так ничего не понять, давайте с самого начала.

- Давайте, - согласился я и включил диктофон.

Два сокола: конец полетов

- Скажите, чем все-таки был обусловлен приход Сталина к власти? Ведь его не хотела партия, не хотел Ленинѕ На ком сам Ленин остановил свой выбор?

- Однозначно - на Троцком. Троцкий, Зиновьев, Бухарин - вот были три наиболее реальных претендента занять то положение в стране, которое номинально еще занимал Ленин.

- Видимо, в глазах соратников Сталину сильно повредило «Письмо к съезду» с весьма нелестными характеристиками Ленина?

- Я не стал бы так однозначно трактовать это письмо. Нельзя забывать, что у Ленина были два инсульта, которые не могли не отразиться на его психике и системе мышления. Так что это письмо написано уже «другим Лениным». Он, ко всему прочему, не писал, а диктовал: скажет фразу, отдохнет, потом снова скажет, подчас забыв, что сказал до этого.

Он был в таком же состоянии, в каком Сталин оказался с декабря 1950 года. Мне пришлось держать в руках записку, отправленную в это время на имя Маленкова, который в его отсутствие руководил работой партии. Удивляет уже форма этой записки: в Крыму, на даче у Сталина, не нашлось листа чистой белой бумаги. Он разорвал красную папочку ЦК и на одной ее половинке написал несколько словѕ Прочитав много записок, резолюций, фраз Сталина, я хорошо знаю его почерк, размер его букв. Здесь все меняется: буквы в три-четыре раза больше обычного, почерк острый, угловатый. Так бывает, когда у человека дрожит рука и он пишет, придерживая ее другой рукой. Но еще интереснее содержание записки: Вышинский должен выступить на Ассамблее ООН и поддержать аргентинского делегата по такому-то вопросу. Сталин даже не знает, что Вышинский уже выступил. Проходит неделя, Маленков получает вторую записку точно такого же содержания, разница только в порядке слов. Мало того что Сталин уже не соображал, когда нужно давать указания - не после выступления, а до, - так он и не помнит, что такое указание уже давал. Правда, Сталин перенес три инсульта и умер от четвертого.

- И все-таки почему Сталин, не входивший даже в первую тройку, победил?

- Ну, во-первых, он победил только три года спустя, в 27-м. И то не окончательно: полная власть в его руках оказалась только в 37-м, но это уже была пиррова победа.

- Как прикажете это понимать?


ЛИЧНОЕ ДЕЛО

Жуков Юрий Николаевич, доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Института российской истории РАН. Москвич, 65 лет. После окончания Историко-архивного института работал журналистом в Агентстве печати новости. В 1976 году защитил докторскую диссертацию и занял пост заведующего редакцией истории СССР издательства «Советская энциклопедия». Руководил созданием энциклопедий «Москва», «Гражданская война и иностранная интервенция в СССР», которые не утратили значимости и в наши дни. Автор семи монографий, сотни научных статей, посвященных проблемам отечественной истории ХХ века. Последняя работа – семисотстраничная книга «Тайны Кремля. Сталин, Молотов, Берия, Маленков», вышедшая в издательстве «Терра». Сейчас подготовил к печати монографию «Сталин и политические реформы в СССР. 1933 - 1937 годы». Ю. Н. Жуков первым разгадал загадку убийства Кирова, а также неопровержимо доказал, что в 1934 - 1935 годах существовал заговор против Сталина – «Дело «Клубок», что и привело к репрессиям против Тухачевского, Корка и других известных военачальников.

(Подробнее см. справочник «Историки России. Кто есть кто в изучении отечественной истории».)

ЛИЧНОЕ ДЕЛО

Сабов Александр Дмитриевич. Родился в 1941 году в Закарпатье. Окончил факультет журналистики Московского университета в 1961 году. Работал в газетах «Молодь Закарпаття», «Московская правда», с 1968 по 1981 год - в «Комсомольской правде»: заведующий отделом рабочей молодежи, редактор отдела писем, собственный корреспондент по Франции и Италии. Затем долгие годы был зарубежным корреспондентом «Литературной газеты», работал в ее аппарате. В настоящее время - политический обозреватель «Российской газеты».

Наша первая тройка

- И Троцкий, и Зиновьев, и Бухарин состязались друг с другом фактически на одной идейной платформе, хотя и разделились на левое и правое крыло. Первые двое были леворадикалами, или, говоря нынешним языком, левыми экстремистами, тогда как Бухарин выглядел да и был скорее праворадикалом. Но о различиях их позиций я скажу потом, а пока о главном: что их все-таки объединяло? Все трое считали, что главная цель и Коминтерна, и ВКП(б), и Советского Союза - помочь в ближайшие годы организовать мировую революцию. Любым способом... Причем все это на фоне германской революции в октябре 23-го года, когда окончательно восторжествовала надежда на непобедимый союз промышленной Германии и аграрной России. Россия - это сырье и продукция сельского хозяйства. Германия - это промышленность. Противостоять такому революционному союзу не сможет никто. После «Даешь Варшаву!» - «Даешь Берлин!», и можно посылать революционную армию на помощь революционному пролетариату.

- Поражение германской революции хоть сколько-нибудь отрезвило их?

- Нисколько. Еще и в 34-м году, уже устраненный из Коминтерна и всех партийных постов, Зиновьев все равно продолжал упрямо доказывать, что не сегодня-завтра в Германии победит советская власть. Хотя там уже у власти был Гитлер. Это просто идефикс всего партийного руководства, начиная с Ленина. И кто бы из первой тройки претендентов ни победил в борьбе за освободившееся место вождя, в конечном счете это обернулось бы либо войной со всем миром, потому что Коминтерн и ВКП(б) продолжали бы организовывать одну революцию за другой, либо перешло бы к террористическим акциям типа «Аль-Каиды» и режима типа афганских талибов.

- Правые радикалы были в этом отношении все-таки умереннее?

- Бухарин, Томский, Рыков действительно придерживались несколько иной стратегии: да, мировая революция произойдет, но произойдет не завтра-послезавтра, а, может быть, через пять - десять лет. И пока ее приходится ждать, Россия должна укреплять свою аграрную сущность. Промышленность развивать не надо: рано или поздно нам достанется промышленность Советской Германии. Отсюда идея быстрой и решительной коллективизации сельского хозяйства, которой оказались привержены и Бухарин, и Сталин. И вот примерно с 27-го по 30-й год лидерство в нашей стране принадлежит этому дуумвирату.

- А Зиновьев?

- Зиновьев уже все: сброшен с политической сцены.

- Вследствие союза Сталина с Бухариным?

- Да. Троцкий и Зиновьев, поняв, что проигрывают, объединились и дали последний бой правому крену на съезде ВКП(б) в 1927 году. Но проиграли. И с этого момента лидерами становятся Бухарин и Сталин плюс Рыков и Томский. Но именно в 27-м году Сталин начинает понимать то, что все еще не понимали бухаринцы. После неудачи революции в Китае - Кантонского восстания, - на которую возлагалось столько надежд после провала революции в Европе, до Сталина, до Молотова, еще до некоторых дошло, что надеяться на мировую революцию не то что в ближайшие годы, даже в ближайшие десятилетия вряд ли следует. Тогда-то и возникает курс на индустриализацию страны, которого Бухарин не принял. Давайте рассудим сами, кто в этом споре был прав. Россия убирала хлеб косами, которые покупала у Германии. Мы уже строили Турксиб, вторую колею Транссибирской магистрали - а рельсы покупали в Германии. Страна не производила ни электрических лампочек, ни термометров, ни даже красок. Первая карандашная фабрика в нашей стране, прежде чем ей присвоили имя Сакко и Ванцетти, называлась Хаммеровская. То есть по нынешним меркам это было что-то такое африканское. Потому и возникла идея индустриализации, чтобы обзавестись ну хотя бы самым минимумом того, что должна иметь каждая страна. На этой основе и произошел конфликт между Сталиным и Бухариным. И только с 30-го по примерно 32-й год Сталин постепенно выходит на роль лидера, что, впрочем, еще далеко не очевидно. Вплоть до середины 35-го года все они говорят о центристской группе Сталин - Молотов - Каганович - Орджоникидзе - Ворошилов, причем само это определение, «центристская группа», в их устах звучит крайне презрительно.

- Мол, это уже никакие не революционеры?

- Подтекст совершенно ясный: изменники идеалам партии, предатели рабочего класса. Вот эта пятерка постепенно и пришла к выводу о том, что вслед за экономическим нужно решительно менять также политический курс страны. Тем более что в 30-е годы СССР вдруг оказался перед угрозой куда более серьезной изоляции, чем это было в 20-е, и поддержание старого курса могло бы эту угрозу только обострить.

- Получается, по-вашему, что приход Сталина к власти был едва ли не спасением для страны?

- Не только для страны, но и для мира. Радикальные левые бесспорно втянули бы СССР в кровопролитный конфликт с капиталистическими странами. А с этого момента мы перестали думать о мировой революции, о помощи революционерам Бразилии, Китая, стали больше думать о себе.

- Но ведь Коминтерн просуществовал еще долго!

- Только его структуры. Больше никакой роли он не играл.

- Тогда зачем его было держать?

- Как разменную монету. Которая однажды очень пригодилась: открытия второго фронта в Европе Сталин добился в середине войны, пообещав союзникам распустить Коминтерн. Все-таки он продолжал внушать им страх.

- Коминтерн распустили, а Советский Союз тем не менее продолжал оказывать финансовую помощь «братским партиям»...

- Только не при Сталине! Давайте в этом вопросе разберемся. По-настоящему финансировали мы сначала не партии, а революционные движения, то есть в буквальном смысле слова подготовку к революции: в Германии - в 18-м, 20-м, 21-м, 22-м, 23-м годах, в Польше - в 23-м, в Болгарии - в 23-м. Поставляли туда оружие, печатали листовки, газеты и т. д. Это был экспорт революции в самом чистом виде. Но вдруг в 28 - 29-х годах такая помощь полностью прекращается, и что было причиной, догадываетесь? Просто нигде в мире больше не было ни намека на революцию. Ни одной искры, из которой можно бы раздуть пожар. В такой ситуации оставалось только одно: включиться в знаменитый МОПР - Международную организацию помощи борцам революции, своего рода политический Красный Крест. Впрочем, это была честная, открытая помощь тем, кто страдал за свои убеждения от местных фашистских и диктаторских режимов. А финансирования партий как таковых не было.

- Как же не было, когда на этот счет состоялось столько разоблачений во всей мировой печати?

- С одной поправкой, которую обычно все забывают: финансирование братских партий началось при Хрущеве. «Ширится мировая социалистическая система...» Лумумба - социалист. Бен Белла - социалист. Насер, националист полуфашистского толка, не только социалист, но и Герой Советского Союза... Хрущев фактически возобновил леворадикальный курс троцкистско-зиновьевского разлива. Та же линия продолжалась в международных делах и при Брежневе. Впрочем, за ними обоими маячила одна и та же фигура: Михаил Суслов. Вот кто и был локомотивом всей этой внешнеполитической идеологической деятельности, отбросившей нашу страну фактически к началу 20-х годов.

- Я так и жду, что вы сейчас скажете: троцкистско-сусловский курс...

- Ну, как историк я так не скажу, но это определение вполне точно соединяет два периода нашей истории, самый «розовый» и самый «серый». В свое время Сталин, Молотов, Каганович, Ворошилов, Орджоникидзе сумели понять, что мировая революция как конкретная цель - это утопия чистой воды и что нельзя эту утопию организовать насильно. Ведь не случайно «розовый» период в жизни нашей страны закончился вместе с приходом к власти нацистов в Германии. Не случайно именно тогда Сталин и начал свой «новый курс». Он тоже датируется очень точно: это конец 33-го года.

Разворот

- Ничего себе: так это Гитлер подтолкнул Сталина к «новому курсу»?

- Совершенно верно. Я уже говорил, что свою главную надежду на продолжение мировой революции большевики всегда связывали с Германией. И когда к власти там пришли нацисты, первое время царила всеобщая уверенность, что ответом будет широкое массовое движение, которое свергнет этот режим и установит там Советскую власть. Но проходит год, иѕ ничего! Напротив, нацизм укрепляется. И в декабре 33-го года «узкое руководство» Политбюро настояло на принятии решения, что Советский Союз готов «на известных условиях вступить в Лигу Наций». Условие, собственно, только одно: западные страны идут на заключение Восточного пакта - региональной системы антигерманских оборонительных договоров. Ведь Гитлер даже не считал нужным скрывать свою главную цель: Drang nach Osten! Лето 34-го окончательно убедило Сталина в том, что другого пути избежать столкновения с Гитлером или выстоять в этом столкновении, кроме системы коллективной обороны, нет.

- А что произошло в то лето?

- «Ночь длинных ножей», когда были вырезаны Рем и другие вожди штурмовиков. Причем произошло это при молчаливой поддержке армии - рейхсвера, переименованного в 35-м году после введения всеобщей воинской повинности в вермахт. Итак, сначала рабочий класс Германии вопреки убежденности большевиков не только не выступил против Гитлера, но по большей части даже поддержал его приход к власти. Теперь его поддержала также армия в борьбе со штурмовиками. Тогда Сталин и понял, что угроза агрессии со стороны Германии более чем реальна.

- Давайте восстановим последовательность событий: Советский Союз вступил в Лигу Наций в сентябре 34-го, но первое решение Политбюро на этот счет состоялось еще в декабре. Почему целых полгода ни партия, ни народ об этом вообще не информировались, почему и во внешней политике такие дворцовые тайны?

- Потому что это был весьма опасный ход. До сих пор и Коминтерн, и все коммунистические партии называли Лигу Наций орудием империализма. Ленин, Троцкий, Зиновьев, Бухарин обличали ее как средство угнетения колониальных и зависимых стран. Даже Сталин в 20-е годы единожды или дважды характеризовал Лигу Наций в том же духе. И вдруг все эти обвинения забыты, и мы садимся рядом с «угнетателями колониальных и зависимых стран». С точки зрения ортодоксального коммунизма как квалифицировать такой шаг? Не просто отход от марксизма, больше того - преступление. Пойдем дальше. В конце 34-го была заключена целая серия оборонительных антигерманских договоров - с Францией, Чехословакией, велись также переговоры с Великобританией. С точки зрения ортодоксального коммунизма, что это, как не возрождение пресловутой Антанты: Англия, Франция, Россия против Германии? Сталину постоянно приходилось считаться с латентной оппозицией, с возможностью ее мгновенной реакции.

- Каким образом и где могла проявиться эта реакция?

- На Пленумах ЦК партии. С конца 33-го по лето 37-го на любом Пленуме Сталина могли обвинить, причем с точки зрения ортодоксального марксизма обвинить совершенно правильно, в ревизионизме и оппортунизме.

- Все же я повторю свой вопрос: в конце 34-го по партии был нанесен первый удар, начались репрессии. Разве это могло произойти без ведома и участия Сталина?

- Конечно, могло! Фракционная борьба в партии, мы об этом уже говорили, началась еще в 1923 году ввиду скорой кончины Ленина и с тех пор не стихала вплоть до зловещего 37-го. И всякий раз победившая фракция вычищала представителей других фракций. Да, это были репрессии, но репрессии выборочные, или, как стало модно говорить после войны в Персидском заливе, точечные. Устранили от власти Троцкого - тут же начались репрессии против его наиболее активных сторонников и соратников. Но при этом примите к сведению: никаких арестов! Их просто снимали с высоких должностей в Москве и отправляли в Сибирь, Среднюю Азию, на Урал. Куда-нибудь в тьмутаракань. Отстранили Зиновьева - то же самое: его соратников снимают с высоких должностей, отправляют куда-то подальше, в Ташкент, например. Вплоть до конца 34-го года это не выходило за рамки фракционной борьбы.

- Ну как же: а Промпартия, а «Шахтинское дело»? Уже пущен в ход термин «вредитель», который вскоре сменится термином еще покруче - «враг народа». И ведь кого судили? Инженеров, техников, рабочих, крестьянѕ Да какие же они фракционеры, вне зависимости от своих политических взглядов?

- Да, все это было, но давайте ответим на простой вопрос: кто в это время контролировал деятельность ОГПУ и давал санкции на все аресты, на все политические процессы, чья подпись стоит под расстрельными приговорами тех лет? Это тот, кто курировал в Политбюро силовые органы: ОГПУ, прокуратуру и суд. Товарищ Бухарин, которого сегодня нам представляют как страдальца и агнца Божьего. Все процессы конца 20-х, направленные прежде всего против интеллигенции, против инженеров, проходили по инициативе Бухарина: необходимость в них он доказывал на самом верху.

- Но ведь когда произошло убийство Кирова, Бухарин давно уже был не у дел. А репрессивный аппарат стал еще изощреннее. В декабре 34-го НКВД объявил, что в деле нет достаточных улик для предания суду Зиновьева и Каменева, а через три недели такие улики вдруг находятся. В результате одного приговорили к десяти, другого к пяти годам заключения в политизоляторе, а еще через год, в 36-м, обоим завязали глаза. Но ведь Сталин знал, что ни тот, ни другой к этому убийству не причастны!

- Знал. И все-таки с помощью НКВД решил устрашить оппозицию, которая все еще могла сорвать его планы. В этом смысле я не вижу большой разницы между Сталиным и, скажем, Иваном Грозным, который, повесив какого-нибудь строптивого боярина в проеме дверей его собственного дома, по два месяца не разрешал снимать труп, в назидание всем его близким.

- Иными словами, «новый курс» - любой ценой? Ну а если бы XVII съезд избрал лидером «любимца партии», допускаете ли вы, что...

- Не допускаю. Это еще одна легенда о Кирове, с которой нам предстоит расстаться, как пришлось расстаться с легендой о том, что он был убит по приказу Сталина. Брякнув эту чушь в своем секретном докладе XX съезду, Хрущев потом приказал почистить архивы так, что сегодня мы там сплошь и рядом наталкиваемся на записи: «Страницы изъяты». Навсегда! Безвозвратно! Еще и потому нет никаких оснований говорить о «вспышке» политического соперничества между Сталиным и Кировым, что бюллетени голосования на XVII съезде партии не сохранились. Однако в любом случае результаты голосования не могли повлиять на властное положение Сталина: ведь съезд избирал только Центральный Комитет, а уже члены ЦК на своем первом Пленуме избирали Политбюро, Оргбюро и Секретариат.

- Тогда откуда же слухи о «соперничестве»?

- После XVII съезда Сталин отказался от титула «генерального секретаря» и стал просто «секретарем ЦК», одним из членов коллегиального руководства наравне со Ждановым, Кагановичем и Кировым. Сделано это было, повторяю, не вследствие перетягивания каната с кем бы то ни было из этой четверки, а по собственному решению, которое логично вытекало из «нового курса». Вот и все! А нам десятилетиями внушали легенды, при том что правда оставалась запечатана в архивах: Киров был убит на почве ревности мужем своей любовницы Милды Драуле. И уж поверьте, меньше всего Сталин был заинтересован в том, чтобы эта банальная история была разыграна как политическая карта против «нового курса». И если это удалось, это свидетельство не столько его силы, сколько слабости. После Бухарина отделом политико-административных органов ЦК партии, которому были подведомственны НКВД, прокуратура и суд, руководил бывший работник Коминтерна Пятницкий. Который впоследствии также был расстрелян и также числится сегодня среди жертв сталинского произвола. Но документы отдела, который курировали Бухарин и Пятницкий, до сих пор засекречены, и мы, историки, сегодня не в силах даже установить, сколько тысяч судеб и жизней на их совести. Речи нет о том, чтобы снять со Сталина вину за 37-й год и переложить ее на чьи-то чужие плечи! Но, замалчивая одно, мы невольно замалчиваем и другое, куда более важное не только в прошлой, но и в будущей судьбе страны.

- Например?

- Например, «новый курс» Сталина, который в нашей стране так же неразрывно связан с его именем, как в США «новый курс» связан с именем Франклина Рузвельта. Не говоря уже о том, что пришлись они на одну эпоху истории, и это в немалой степени способствовало сближению взглядов тогдашних политических лидеров мира. Если бы Сталин с таким же успехом провел свой «новый курс», как это удалось Рузвельту, мировая история сложилась бы совсем по-другому, а нам не пришлось бы испить горькую чашу 37-го года. Вот в этом с американской стороны и пробует разобраться мой коллега Арч Гетти, хотя, разумеется, не только он.

«Новый курс» и охота на ведьм

- В чьих руках тогда были главные бразды правления - ЦИК или Политбюро?

- Однозначно не ответишь, эти два органа переплетались. Всего состоялось семь очередных съездов Советов, восьмой, чрезвычайный, был уже неурочный и последний. В периоды между съездами и призван был действовать Центральный исполнительный комитет - подобие парламента, куда входило около 300 человек. Но он почти не собирался в полном составе, постоянно функционировал лишь избранный им Президиум.

- Эти триста человек были хотя бы освобожденными работниками?

- Конечно, нет. Они представляли как широкое, так и узкое руководство страны. Что касается Президиума ЦИК, то в него входили только члены Политбюро и Совнаркома. Уникальный парадокс советской системы управления тех лет состоял еще в том, что его сросшиеся ветви, а по сути одну-единственную ветвь власти от макушки до корней обсел партаппарат. Все это Сталин решил поломать с помощью новой Конституции. Во-первых, отделить в советских органах исполнительную власть от законодательной, а их отделить от судебной, которая напрямую подчинялась наркому юстиции Крыленко. Во-вторых, отделить от этих властных структур партию и вообще запретить ей вмешиваться в работу советских органов. На ее попечение оставить только два дела: агитацию и пропаганду и участие в подборе кадров. Грубо говоря, партия должна была занять то же место в жизни страны, что, скажем, занимает католическая церковь в жизни Ирландии: да, она может влиять на жизнь государства, но только морально, через своих прихожан. Реформа, которую задумал Сталин, призвана была консолидировать наше общество ввиду почти неминуемого столкновения с фашистской Германией.

- Можете вкратце перечислить ее основные цели?

- Первая: ликвидировать т. н. "лишенцев". До революции значительная часть населения лишалась избирательных прав по цензу оседлости и имущественному цензу, после революции это были «социально чуждые элементы». Сталин решил наделить избирательными правами всех граждан, за исключением тех, кто лишен этих прав по суду, как и делается во всем мире. Второе: выборы равные для всех общественных классов и социальных слоев. До революции все преимущества были у т. н. землевладельцев, то бишь помещиков, которые автоматически проводили гораздо больше депутатов, нежели представители крестьян, рабочих, горожан. После революции рабочие автоматически имели в пять раз больше своих депутатов, нежели крестьяне. Теперь их права выравнивались. Третье: выборы прямые, то есть вместо старой многоступенчатой системы каждый гражданин прямо выбирает местную, республиканскую, союзную власть. Наконец, выборы тайные, чего ни при царской, ни при Советской власти никогда не было. Но самое поразительное: в 1936 году Сталин во всеуслышание заявил, что выборы должны стать еще и альтернативными, то есть на одно место должны баллотироваться - не выдвигаться, а баллотироваться - по нескольку кандидатов.

- Выдвигаться и баллотироваться: в чем разница?

- Выдвигать можно сколько угодно кандидатов, а баллотировать - значит утвердить на выборы определенное число кандидатур. Это была первая попытка мягко, бескровно отстранить от власти широкое партийное руководство. Ведь не секрет: первый секретарь обкома, или крайкома, или ЦК Компартии союзной республики был на своей территории и царем, и Богом. Просто отстранить их от власти можно было только нашим привычным путем - по обвинению в каких-то грехах. Но сразу отстранить всех невозможно: сплотившись на Пленуме, они сами могли отстранить от власти кого угодно. Вот Сталин и задумал мирный, конституционный переход к новой избирательной системе. Первые секретари немедленно возразили, что в «сталинский парламент» попадут в основном попы. Действительно, верующих тогда было больше половины народу.

- И что делал бы Сталин, если бы Верховный Совет собрался наполовину из попов?

- Я не думаю, что народ, выбрав тех, кому доверяет, расшатал бы власть. Скорее помог бы ее укрепить. Зато Сталин предвидел, что подавляющее большинство первых секретарей, баллотируясь в Верховный Совет, все-таки на тайных выборах не пройдут. Не простит им народ перегибов в коллективизации и индустриализации, злоупотреблений фактически бесконтрольной властью. Ясно, что всем, кому избиратели отказали бы в своем доверии на первых выборах в Верховный Совет, пришлось бы покинуть и партийные посты. Именно так, мирно и бескровно, Сталин задумывал избавиться от партийных вельмож, укрепить Советскую власть - ну и свою, разумеется.

- Но не мог же он не понимать, что играет с огнем?

- Понимал, но надеялся переиграть партократию.

- Каким образом?

- Апеллируя к народу. Ведь Сталин сознавал, что именно в нем народ видит того, кто способен обуздать эту партократию... Судебный процесс над Зиновьевым и Каменевым в августе 36-го года стал последней точкой в борьбе с троцкистско-зиновьевской оппозицией: от этого удара она уже не оправилась. Но, как ни парадоксально, выпровоженная в дверь, она вернулась в окно, правда, уже в виде мифа. Чем реальнее и ближе становилась перспектива того, что страна станет жить по новой Конституции, тем громче первые секретари кричали о существовании широких заговоров троцкистов и зиновьевцев на их территориях, которые, дескать, могут сорвать выборы в Верховный Совет. Единственный способ предотвратить такую угрозу - развернуть репрессии против них. Даже по стенограмме видно: и Сталин, и Жданов, и Молотов настойчиво говорили о необходимости перестройки системы управления, подготовки выборов в парторганизациях, подчеркивая, что до сих пор там подлинных выборов не проводилось, была только кооптация. А им в ответ - даешь репрессии! Сталин им уже прямым текстом говорит: если такой-то товарищ - член ЦК, то он считает, что знает все, если он нарком, тоже уверен, что знает все. Но так не пойдет, товарищи, нам всем надо переучиваться. И даже идет на явную хитрость, обращаясь к первым секретарям: подготовьте себе двух хороших заместителей, а сами приезжайте на переподготовку в Москву. Но те не лыком шиты, соображают: это один из легальных способов убрать человека с занимаемой должности.

- Странно: все это происходило уже после одобрения новой Конституции, которую 5 декабря 1936 года принял Всесоюзный съезд Советов и демократические достоинства которой уже отметил весь мир. А всего через два месяца борьба вспыхнула с новой силой. В чем дело: приняли «не ту Конституцию»?

- Да нет, Конституцию приняли «ту самую». Даже главу XI «Избирательная система», которую написал лично Сталин и за судьбу которой он тревожился больше всего, одобрили без изменений. Последнее, что утвердили делегаты съезда, -это «право выставления кандидатов за общественными организациями». Короче, это была очень большая победа иѕ сокрушительное поражение группы Сталина.

- В чем состояла победа?

- В Конституции было всего 146 статей. Впервые и только один раз партия упоминается в статье 126-й как «ядро общественных организаций»...

- То есть никакой «руководящей роли партии»?

- Такое положение появится только в брежневской Конституции 1977 года, на новом, «сусловском» витке троцкизма.

- Тогда в чем же группа Сталина потерпела поражение?

- Сталин намеревался провести выборы в Верховный Совет в конце 1936 года, когда истекал срок полномочий делегатов VII съезда СССР. Это обеспечило бы плавный переход от старой к новой системе власти. Но... съезд отложил выборы на неопределенный срок и, больше того, передал ЦИК право утвердить «Положение о выборах» и назначить дату их проведения. Два года тяжелой борьбы оказались потерянными: все приходилось начинать сызнова. В этом весь драматизм 37-го года: уже примерив новую, реформированную модель власти, оставалось только утвердить ее избирательный закон, - страна еще не вырвалась из тисков старой политической системы. Впереди - июньский Пленум, там они столкнутся лоб в лоб.


продолжение


Tags: 37, Жуков, Сталин, жупел, репрессии
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments